?

Log in

No account? Create an account

Aug. 1st, 2012

Мапка

[sticky post] Здравствуйте, друзья!

Меня зовут Мапа.
Я белый медведь из города Львова.
Я очень люблю театр и часто хожу туда с друзьями.
А еще я люблю рассказывать про спектакли, которые мы посмотрели.
Поэтому меня называют критик.
А еще я меня мох, то есть мех, ну, в общем, у меня теплая шубка, поэтому я теплый критик.
Меня иногда принимают за игрушку а я живой и настоящий!
Правда-правда! 

Я в школе не учился, и лапами печатать очень сложно, поэтому иногда я делаю ошибки.
Вы не обижайтесь только, хорошо?

Feb. 7th, 2013

Мапка

Как мы ГОГОL-центр пришли открывать

А в воскресенье, то есть в субботу мы поехали посмотреть на Гоголь-центр. Это такой театр который раньше был театр а теперь стал центр. Там давно были всякие спектакли а потом важные дядьки этот театр закрыли и актерам строго-настрого запретили играть спектакли. Говорят вредно это. Для зрителей для искусства и для самих актеров. И вместо этого театра решили сделать другой – хороший, который будет – Центр. Там должны быть всякие «президенты» (почему всяких творческих танцевальщиков, артистов, и постановщиков назвали президентами, я не понял но, наверное, так нужно было для красоты) а главный над всеми президентами будет Серебрянников. Серебрянников это такой лысый и усатый режиссер в очках. Он такой популярный что ему и дали переделывать все в там.

Он хорошо все переделал! Много места, кирпичные стенки, вокруг все бегают в красных курточках с надписями ГОГОL-Центр. В одном месте рабочие цемент ляпают, а рядом люди кофе пьют в буфете. На стенах самые лучшие режиссеры вместо зеркал, и все могут в них смотреться, а видеть там себя. Красиво, правда? И эти режиссеры говорят хорошие и правильные слова, которые на стенках возле них нарисованы. Зал такой большой! На сцене все черное и картинка светом нарисована «00:00» В конце зала, деревянные ступеньки до потолка, (там сидели музыканты и у них были всякие инструменты.) а посередине настоящая железная дорога!

Мы сели на стульчики, они были расставлены с двух сторон от рельсов и приготовились смотреть как будут открывать этот новый-старый, театр-центр. Всюду ходили мрачные дядьки с камерами и искали что бы пофотографировать для телевизора. Но на сцене ничего не было и они стали от скуки фотографировать меня. Или я им, наверно, понравился. В любом случае они вокруг так прямо и ходили, даже очередь получилась. Я им лапой махал, но потом застеснялся и спрятал мордочку под мышку Насте. А чего они? Непривычно когда столько внимания! Я же не звезда какая-то! Ну, может совсем чуточку звезда но не очень.

А потом началось представление

Read more...Collapse )

Aug. 28th, 2012

Мапка

Как я прибежал смотреть Двух Клоунов

Мы вчера бежали-бежали! Опаздывали очень! Был такой "Бу-фест" в Москве там разное всякое показывали и спектакли тоже были. Сашка все перепутал и мы думали, что успеваем на спектакль про двух клоунов! Не успевали совсем! И вот мы бежали чтобы не опоздать а потом долго ходили-ходили искали где спектакль показывался. А там много всяких людей было и совсем спектаклей не было. Потом нашли! Стояла такая палатка  большая и там внутри, висели тряпочки разноцветные на веревочках, а на сцене ходил дяденька. Такой хороший. Забавный. Унего был чемоданчик на котором были звездочки нарисованы. Прямо настоящий цирковой чемоданчик! Дяденька в нем копался иногда всякие штуки доставал. И этот дяденька рассказывал сказку. Интересную! Он игрался с большим апельсином и перчаткой беленькой. Смешной такой! Я потом с ним познакомился это как раз был самый настоящий Костя Арбенин который Темницу придумал! И у него еще группа была хорошая «Зимовье Зверей» называлась. Мне Настя ставила слушать…

Ой, я куда-то отвлекаюсь. Надо про спектакль рассказывать.

И Костя рассказывал историю про двух клоунов одного грустного, а другого веселого. Один был Белый, имя у него было Бабеф а другой Рыжий его звали Туф. Они сначала были лучшие  друзья,  потом влюбились в девочку-гимнастику которая летала наверху в цирке и поссорились. То есть они не поэтому поссорились, но и поэтому тоже немножко. Белому клоуну не нравилось что рыжий все время шутит а рыжий ругался что белый всегда грустит. И они от этого все время старались доказать что каждый из них лучше чем другой. А все вокруг их все равно друзьями считали потому что юмор без грустинки это пошлость а грусть без улыбки это вообще гадость. Такая гадость прямо ух!  Снобизм называется. И они все время спорили кто из них правильно понимает юмор и как надо зрителей смешить. И только в конце когда уже умирали, поняли что друг без друга не могут совсем.

Хорошая история. Грустная и добрая. Мне очень было тепло и радостно. Костя все это рассказывал, разговаривал то с апельсином то с перчаткой, прятался за чемоданчиком со звездами, гулял по сцене туда-сюда. А когда он на минуточку замолкал начинала играть очень нежная мелодия. Костя Арбенин под эту мелодию показывал как клоун живет. Знаете такой клоун который ничего не говорит, только делает все. Пантомим называется! И вот Костя показывал этого Пантомима. Правда он не всегда хорошо показывал, чуточку неуклюже, но это не сильно страшно. Он не так как актеры играл которых я видел раньше. Он рассказывал больше чем показывал. Некоторые актеры очень хорошо играют, по настоящему очень-очень, но сказки рассказывать не умеют. А Костя играл не очень по-настоящему но от его спектакля было улыбочно и солнечно и чуточку печально. Потому что радостное и доброе без капельки грустинки не бывает.

Там в конце когда уже клоуны решили помириться они придумали вместе последний самый лучший на свете номер. Они были уже совсем старенькие но не смотря на это у них все получилось! Номер вышел замечательный. Костя когда про это рассказывал посмотрел на зрителей и сказал что газеты написали что два знаменитых клоуна умерли от смеха. И что никто не знал над чем и почему они смеялись. И я тогда заплакал. Слезы лапами вытирал и думал что они хорошо умерли. Что надо смеяться побольше и тогда плохого вокруг будет меньше и меньше. А потом оно совсем исчезнет. И если кто-то вдруг захочет умирать то только от смеха. Это по-моему красиво. Очень хочется чтобы так было.

А то что я заплакал почти никто не заметил. Потому что я быстро стал смеяться и хлопать аплодисменты лапами. И все вокруг тоже хлопали. И улыбались все.

Aug. 14th, 2012

Мапка

Как я попал в "Самый добрый театр"

Вот, даже не могу рассказать как я сильно обиделся! Я просто очень обиделся! Даже сказать не получается! Хочется зажмуриться, плакать и болтать лапами от обиды и расстройности! Даже мед не поднимает настроение мишке...
Мы вчера попали на "самый добрый театр"! А он - не добрый! Совсем недобрый! Он был скучный и очень ненастоящий! Там люди дурачились и коверкали хороших писателей! Ходили и читали по бумажкам слова добрых и красивых пьес и издевались над ними! НЕ-КРА-СИ-ВО!!!

Никому не правильно так поступать! Мы же хотели чтобы было добро, а на нас зрителей наделали всякие глупости и грубости! А мы ничего плохого не сделали чтобы 2 часа так нас мучить!

Даже подумалось, откуда эти актеры появились и кто им разрешил так нехорошо поступать?! Кто их научил так делать? За такое как они показывали и как себя вели, ставят в угол и лишают сладкого! А можно даже сделать ата-та по попе! И даже много раз!
Очень хочется всегда быть теплым критиком но я ведь тоже живой...
И мне тоже бывает больно обидно и неприятно. Еще и дождик за окнами... :(
P.S. А самый добрый театр - это "Пусть будет так."
Правда-правда.
Пойду есть мед и читать книжку про Патапума и Петровича.
Мапка

Как я смотрел "Скрытую перспективу"

А еще мы ходили еще в «Современник» с Настей. Правда давно! Там спектакль показывали, «Скрытая перспектива» называется. Но вот Саша и Настя тоже там были и я подумал я же критик и наверное должен рассказать про то что я тоже смотрел этот спектакль. Так же все критики делают? Ну, вот и расскажу сейчас.

Ну вот. На сцене было много интересного! Такая штука стеклянная опускалась и поднималась. Жалко только что на этой стеклянной штуке стекла были пыльные. Я думал актеры чихать будут, но они молодцы, не чихали. Шарики были разноцветные! Правда только во втором действии… На стене кино показывали! Оно странное было, там только слова белые показывали и что-то еще. Правда что – я не видел, мне Настя глаза закрыла. Когда щелчки начались громкие. Настя сказала, что я маленький и мне нельзя такое смотреть. И был холодильник! Только меда в холодильнике не было…

А еще люди там ходили и говорили. Актеры. Только они все были очень грустные. Им все время так плохо было, что хотелось их пожалеть и погладить лапой.  Вначале девушка была вся забинтованная, она сильно поранилась где-то. Ее звали Сара. Она ездила фотографировать какую-то правду везде, а ей за это так больно сделали. Так нельзя! Я думал что, правда – это когда хорошо! А получается – наоборот… Ну вот. А выздоравливал ее такой большой дядька с кудряшками. И хотя он с кудряшками и должен быть веселым, (у меня есть друг с кудряшками самый веселый на свете! Дима!) а этот из спектакля он тоже был печальный нервный такой и пил много. И пил он что-то такое от чего ему и всем вокруг еще хуже становилось.

А потом к ним приходили, все время гости. Друзья. Дядя и девчонка. И она там была такая! Замечательная! Добрая, веселая. Очень честная. Она за слоненков защищалась и вообще добрая была! Она говорила, что надо помогать всем! Говорила, что надо радоваться и что улыбаться – это очень хорошо! Я ей хлопал всеми лапами! Там много всякого происходило, и эта девчонка она спорила с раненой девушкой все время. Ее не очень все слушали и зря. Она, мне кажется, самая живая была там. Такая искренняя. Оранжевая! А другой дядька лысенький такой, он был ее муж. Сначала друг, а потом – муж. Он тоже хороший был. Хотя тоже все время грустил. Но мне показалось, что с этой молодой доброй … (Менди звали ее, вспомнил!) этот лысенький дядя Ричард – счастлив. И ему хорошо.

Они все время спорили, про то, что надо или не надо фотографировать фотографии там, где люди стреляют и умирают. И никак не могли согласиться. Сара которая очень любит везде фотографировать плакала и ругалась громко чтобы ей разрешали везде снимать. Ее друг с кудряшками вроде бы большой такой, а сам такой все время маленький был, несчастненький, его пожалеть хотелось и он хотел, чтобы Сара дома осталась. Он очень испугался там, что Сару поранили, и боялся, что ее еще раз обидят. Правда и Сара и кудрявенький говорили, что надо всем людям правду рассказывать про, то что все вокруг плохо. А Менди с ними заспорила. Говорила, что людям надо помогать, а не их фотографировать. Что фотографиями не спасешь того кто умирает. Я тоже так думаю! Вот люди смотрят на фотографию где смерть и отворачиваются, потому что неприятно. И ничего не делают. Просто отворачиваются. Ведь это же плохо! Получается, не помогает правда такая. Может быть, есть какая-то другая правда? Там где море шумит, где солнышко светит, трава растет, птички поют. Должна быть такая, правда! Правда?

 Люди все страдают. А получается что те, кто не страдает надо, чтобы тоже страдали, а то остальным – обидно. Надо всем вокруг настроение испортить… Не знаю, это, наверное, надо делать. Рассказывать про всякие несправедливости и ужасти. Вдруг все таки кто-то начнет не фотографировать а помогать по настоящему? Чтобы нехорошие были наказаны и чтобы хорошие не плакали…

Только… Разве хорошо будет, если всем будет плохо? Я думаю, что если про радостное говорить то и тем, кому тяжело - будет легче. Если что, я даже свой последний горшочек меда отдам чтобы люди, кому плохо или грустно – улыбнулись. А потом Менди взяла и сказала, вот, все-все про что я думал весь спектакль. Она сказала: «Вы так несчастны. Научитесь радоваться.» Очень правильно сказала. Я даже "ура" закричал. Только шепотом.  Чтобы никто не слышал. Потому что это очень радостно что люди добрые и светлые такие – есть. Вот Менди. И друзья у меня тоже такие. А если что-то случится я их обязательно развеселю. Потому что надо радоваться. Тогда всем будет щекотно в груди и тепло. Разве можно жить по-другому?

Aug. 1st, 2012

Мапка

Как я был на собирании актеров

А мы сегодня приходили на собирание актеров в таком московском театре, называется театр на Малой Бронной. Это улица так называется на которой театр стоит. Мы пришли сели в кресла для зрителей и я подумал что сейчас спектакль будут показывать там на сцене даже декорации были наделаны. Но все актеры сели тоже в зале в самом конце, как будто они наказанные и их угол поставили.

А перед ними встали директор и режиссер и стали рассказывать как будет в новом сезоне жизнь устраиваться. Сначала все хорошо было. Все смеялись поздравляли актеров с днями рождениями цветы раздавали хлопали! Я подумал что так весело будет и даже перестал расстраиваться что спектакль не показывают.

А потом все как-то напряженно сделалось. Режиссер Сережа Анатольевич рассказывал, что сейчас театр вокруг изменился. Я даже оглядываться стал, вроде бы все на месте. А потом стало понятно что он это про вообще театр говорил. Что надо новое делать в театре а старое надо не делать. А актеры от этого почему-то расстроились. Стали спрашивать про какого-то Богомолова и про какие-то ужасы. А Режиссер Сережа сказал, что ужасы тоже надо смотреть. Что современный зритель он всякое такое любит и что в мире в каком-то Авин… Авинтоне… тоже такое всякое любят. Странно я вот маленький и тоже современный а ужасы не люблю. Люблю солнышко цветочки и мед. Я, наверное неправильный современный зритель?

 И стали все шуметь говорить раздраженно и громко. Спорили. Хотя там все говорили, а других не очень слушали. Я не знаю что там за новое надо делать я не все понял. Но мне кажется надо улыбаться и тогда все спектакли будут хорошие. Новые или старые, разве это важно? Важно ведь чтобы тепло и радостно было…

А все такие, улыбаться перестали и стало так грустно и тяжело слушать их там. Видно было что волнуются и переживают все. Потом там еще про ремонт рассказывали, про то что театр теперь коричневый будет… Я конечно не художник но мне кажется что цвет моей шубки для театра замечательно подошел бы. Но это конечно  я не настаиваю. Пусть будет коричневый, лишь бы спектакли делались хорошие.

А потом мы пошли выходить из театра. А я сидел на руках у Насти думал что тяжело и Режиссеру Сереже и актерам тоже тяжело. Им бы обняться и спеть какие-то веселые песенки и тогда бы наладилось все. А они думают всякое тяжелое, дурацкое. Жалко их.  Но вдруг вот неожиданно так, все улучшится и все обнимутся? Я бы хотел чтобы было так.

Мапка

Как я смотрел "ГенАцид"

Недавно мы были в театре московском , Современник называется! Там один режиссер невзрослый такой, с косичкой в белой рубашке спектакль сделал! Его зовут Вытоптов Кирилл. Режиссера этого! А спектакль зовут «ГенАцид»! Я не знаю что такое генАцид  это наверно что-то не очень хорошее, потому что там говорилось что это «Генеральная единая национальная идея»! Много слов и все непонятные…

Там в спектакле, рассказывалось про то, как всякие правители, президенты и милицейские, эксперимент над людьми решили сделать. Заставили в деревне всех читать и стали смотреть что получится. А этой деревне никто раньше не читал, представляете! И сначала все не хотели, а потом даже им интересно стало. Читали они книжки хороших писателей. Тех, которых в школе проходят.  Только в школе их проходят и забывают, а тут человеков прямо заставляли  учить наизусть! Хуже чем в школе! Чехова, Достоевского, Толстого, Бродского, Гоголя, Блока и много других всяких…

Только с людьми от этого что-то плохое сделалось.  Они читали книжки  и стали грустные, обиженные такие. Спрашивали, в чем смысл жизни. Я хотел ответить,  что в меде! Но в театре зрителям нельзя разговаривать. Жалко конечно. Потому что они  от этих вопросов ссориться начали. Никто не мог им понятно разъяснить, в чем этот смысл жизни. А еще они стали ругаться и спорить, какие книжки правильные со стихами или там где слова просто без рифмы подряд идут. У них даже драка началась. А один дядька так расстроился, что умер сам. Прочитал у Чехова, что все грустно в жизни на свою жизнь посмотрел и повесился. Я там сидел и плакал. Так жалко было дядьку этого…

И стало тогда понятно правителям что книжки – это плохо. И запретили они людям читать. А книжки потом сожгли. Представляете! Всю библиотеку сожгли! Вроде бы как из-за книжек люди опасные становятся. Думать слишком много начинают.  И что все беды в стране, потому что книжки грустные. А так – книжек нету, и проблемы тоже нету.

Плохо это все. И неправильно. Потому что книжки – это хорошо и читать – хорошо. А не читать и без книжек - скучно и страшно. Я так думаю.